Возможности удачной арбитражной сделки на форекс сводились к нулю

Говоря предельно просто, возможности удачной арбитражной сделки сводились к нулю вследствие крайнего презрения рынка к Риму. Но в LT ничто и никогда не бывало простым. Словом, Хагани, чье мнение в конце концов возобладало, при¬обрел выпущенные итальянским правительством облигации с фиксированной ставкой и заключил сделку «фиксированная ставка — итальянские свопы». А еще Хагани приобрел италь¬янские облигации с плавающей ставкой, что было ударом для forex mmcis, поскольку очень немногие могли позволить себе держать эти пользовавшиеся слабым спросом ценные бумага. Это при¬обретение Хагани также сбалансировал короткой позицией, Поначалу LT хеджировала все позиции, потратившись на До-вольно дорогостоящий страховой полис на случай объявления Италией дефолта (и даже стала обладателем второго страхо¬вого полиса на случай банкротства первого страховщика)20- Но по мере увеличения позиций, открытых Хагани по облигациям итальянского правительства, LT не могла позволить себе до¬полнительное страхование и попросту решила рискнуть. По мнению человека, обладавшего инсайдерской информацией, если бы Италия объявила дефолт, LT лишилась бы половины своего капитала.
Фактически нерегулируемый хедж-фонд не раскрыл своим инвесторам риск, на который он пошел в Италии. LT ничего не рассказывала вкладчикам о том, как и во что вложены их деньги, ограничиваясь сообщениями, носившими крайне общий характер. Письма Джей-Эм были насыщены статистическими данными о волатильности, но в них напрочь умалчивалось о том, что компания делает в действительности Меривезер за отстраненно-безличным тоном скрывал свою застенчивость и вел себя так, словно делал одолжение, сообщая инвесторам хоть что-то. «Мы намерены поддерживать постоянное общение с вами, нашими инвесторами», — твердо заявил Меривезер. Он проснл хранить как конфиденциальную информацию даже те немногочисленные и скупые сведения, в которые посвящал вкладчиков. Гений LT был чувствительным лесным растением, не выносящим ослепительного солнечного света. Избегая кон¬тактов с прессой, партнеры доходили до крайностей: чтобы ие привлекать внимания общественности, они даже выкупили пра¬ва на фотографии, опубликованные в «Business Week».
Руководство LT, при всем внимании к рискам, страдало серь¬езным недостатком. В отличие от банков, где за трейдерами следят независимые менеджеры по управлению рисками, парт¬неры LT контролировали сами себя Такой порядок позволял уйти от стеснений, характерных для крупных организаций, но это означало, что призвать партнеров к ответу было некому.
Для заключения сделок трейдерам требовалось разрешение комитета по управлению рисками, однако Хилибранд и Хагэ- ни, неустанно отстаивавшие то, что считали нужным, нашли способ получать такое разрешение. Раньше или позже другие партнеры уступали их напору, просто уставая от него. Вина за столь терпимый режим возлагается на Меривезера. Если у Джей-Эм и были слабости, то главная из них состояла в не¬способности вступать в споры. А другого человека, который мог бы играть роль нянюшки, роль, принадлежавшую в Sa¬lomon Гутфройкду, в LT не было Итак, контроль над трейде¬рами осуществляли сами трейдеры.
Партнеры прилагали немалые старания к изучению соб¬ственных операций. Отличный пример тому — сделки с италь¬янскими облигациями Для того чтобы лучше узнать Италию, Хагани нанял много людей, располагавших информацией об этой стране. Он привлек (сначала в качестве консультанта, а затем и как постоянного штатного сотрудника) Альберто Джо- ваннини, который прежде был чиновником итальянского ми¬нистерства финансов, а в момент, когда им заинтересовался Хагани, — профессором Колумбийского университета. Джован- нини, получивший образование в Массачусетском технологи¬ческом институте, сновал между Лондоном и Римом, где встре¬чался со своей семьей и сплетничал с итальянскими чиновни¬ками Неудовлетворенный полученной информацией, Хагани привлек Жерара Женнотте, еще одного выпускника Массачу¬сетского технологического института. Женнотте был сыном посла Бельгии в Италии и в совершенстве владел итальян¬
ским. «Виктор был страстно увлечен Италией», — заметил один из младших партнеров.