К несчастью, Мертон, слишком серьезно настроенный и вдобавок слишком занятый для аналитических упражнений по форекс

К несчастью, Мертон, слишком серьезно настроенный и вдобавок слишком занятый преподаванием в Гарварде, был не особенно полезен для рекламы и продажи долей фонда. Но летом 1993 года Джей-Эм привлек Майрона Скоулса — еще одну «звезду» из академического сообщества. Скоулс, хотя и считался более легковесной фигурой в академической среде, на Уолл-стрит пользовался большей известностью благодаря своей формуле. Он также работал в Salomon, соответственно, был не менее тесно связан с группой Меривезера. Можно ска¬зать, что, после того как forex mmcis привлекла этих двух светочей финансовой науки, каждый из которых входил в узкий круг претендентов на Нобелевскую премию, ей удалось собрать в одну команду и Майкла Джордана, и Мухамеда Али. «Это были волшебники своего дела, маги, достигшие высшего уров¬ня», — говорил кто-то из финансовых менеджеров, в конце гонцов сделавших инвестиции в фонд.
Осенью 1993 года Merrill Lynch организовала безумное тур¬не с целью привлечения инвесторов. Клиентов с толстыми ко¬шельками свозили на лимузинах в штаб-квартиру Merrill, на Нижний Манхэттен, где эти господа, посмотрев презентацию фонда, были приведены к присяге о неразглашении тайны и зачем возвращены к своим лимузинам. Потом Merrill и разные группы партнеров—учредителей фонда провели роудшоу, де-лая остановки в Бостоне, Филадельфии, Таллахаси, Атланте, Чикаго, Сент-Луисе, Цинциннати, Мэдисоне, Канзас-Сити, Дал¬ласе, Денвере, Лос-Анджелесе, Амстердаме, Лондоне, Мадри¬де, Париже, Брюсселе, Цюрихе, Риме, Сан-Паулу, Буэнос-Ай- ресе, Токио, Гонконге, Абу-Даби и в Саудовской Аравии, Ми-
минимальный взнос одного инвестора LT установила в размере 10 миллионов долларов
Роудшоу началось неудачно Джей-Эм был похож на госу¬дарственного мужа, опасающегося каким-нибудь неудачным словом выдать секреты группы. «Все хотели слышать Джей-Эм, но он молчал», — заметил сотрудник Merrill Дейл Мейер Вы-ступления не слишком котирующегося у аудитории Розенфелл - да вводили некоторых инвесторов почти в коматозное состоя¬ние. Грег Хокинс, бывший ученик Мертона, был хуже всех — он сыпал - греческими буквами, обозначающими алгебраические символы. Партнеры не умели увлечь слушателей, а те воспри¬нимали их как профессоров математики, которых невозможно понять простым смертным. Даже название фонда было лише¬но привлекательности и пришлось по душе только серьезному Мертону. У инвесторов было немало причин отвергнуть пред¬ложение. Многих оттолкнуло нежелание Джей-Эм обсуждать стратегию инвестиций. Некоторых напугала перспектива зна¬чительного использования заемных средств, о чем Джей-Эм постарался сообщить слушателям. Такие организации, как Фонд Рокфеллера или Loews Corporation, отказались платить столь значительные взносы. Исходные, эзотерические посылки, на основе которых предполагалось строить LT, казались непрове¬ренными, особенно специалистам, консультирующим фирмы и принимающим решения, куда вложить предназначенные для инвестиций деньги
Однако Меривезер не оставлял попыток поднять престиж LT, поэтому он прибыл в Омаху на банкет с участием Баф¬фетта. Было известно, если Баффетт станет во что-то инвес¬тировать, остальные непременно присоединятся. Жизнерадост¬ный миллиардер держался в своем обычном духе — дружески, ободряюще, но решительно отказывался подписать чек.
Получив отказ богатейших инвесторов страны, Джей-Эм об¬ратился к Джону Корзайну, который долго завидовал союзу Ме¬ривезера с Salomon и пытался построить конкурирующую ком¬панию под крылом Goldman Sachs. Корзайн увлекся проектом
превратить Goldman в крупного инвестора или же включить но¬вый фонд Меривезера в состав империи Goldman Sachs. В ито¬ге не было сделано ни того, ни другого. К детищу Меривезера присматривался и Union Bank of Switzerland, но и из этого то¬же ничего не вышло. Неудача с крупными банками стала новым ударом. Несмотря на внешнюю бодрость, Джей-Эм был рас¬строен тем, что исключен из системы Salomon Ему был в выс¬шей степени необходим какой-то институциональными якорь.